Как складывается судьба переселенцев: побег от преследователей через полмира и тайные отъезды из дома

Как складывается судьба переселенцев: побег от преследователей через полмира и тайные отъезды из дома
Как складывается судьба переселенцев: побег от преследователей через полмира и тайные отъезды из дома

Жители, сбежавшие от войны на Донбассе, — о том, как начинали новую жизнь на мирной территории и почему возвращаются домой

Число переселенцев из оккупированных Донбасса и Крыма уверенно приближается к цифре в 2 млн человек. Как сообщила пресс-служба Минсоцполитики, на начало декабря лишь учтенных переселенцев из Донецкой, Луганской областей и Крыма — 1 млн 634 тыс. 514 человек (1 290 116 семей).

В ведомстве уточняют, что за денежной помощью обратились более 630 тысяч семей, и сейчас ее получают более 595 тыс. Впрочем, опрошенные “Сегодня” переселенцы рассказали, что по их субъективным подсчетам, каждый пятый переселенец за помощью от государства не обращался из-за того, что не захотел светиться. Так, 27-летний менеджер Антон, приехавший в Киев год назад в одну из первых переселенческих волн, признается, что не стал на учет из-за боязни быть призванным в рамках мобилизации — говорит, знал, что его, как жителя оккупированных территорий, призывать не будут, но рисковать не захотел. “Чтобы оформить документы, нужно было идти в киевский военкомат и становиться на учет, и я не захотел. Но пока в справке переселенца у меня необходимости нет. Я работаю, получаю зарплату, снимаю квартиру, большего не надо. В нескольких сотнях гривен госпомощи я не нуждаюсь”, — говорит Антон. В Минобороны нам рассказали, что, в отличие от Антона, есть переселенцы, которые не струсили, — они сами пришли в военкоматы, оставили свои данные и сообщили, что в случае мобилизации готовы защищать свой Донбасс от врагов.

Нередко случается, что переселенцев по приезде в другую область силовики вызывают к себе, чтобы “проверить на сепаратизм”. “Я приехала из Донецка в Ивано-Франковскую область, и спустя несколько дней меня вызвали в СБУ. Задали несколько вопросов, например, поддерживаю ли я независимость Украины, проверили паспорт. Думаю, это нужное дело — ведь переселенцы разные бывают”, — рассказала нам переселенка Вера Саженова.

Как выяснила “Сегодня”, после начала боев на Донбассе часть жителей оккупированных городов начали жизнь с нуля в ближнем и дальнем зарубежье — Польше, Беларуси, Германии, Италии и других странах. “А наша соседка, техработник в больнице, уезжала к дочери аж в Австралию. Но когда узнала, что в Донецке ее подруги-пенсионерки бедствуют (тогда еще не было гумпомощи. — Авт.), то вернулась обратно, несмотря на уговоры дочери”, — говорит дончанка Ирина Камышева.

“ЛЮДИ НАДЕЮТСЯ, ЧТО ВОЙНА ВРЕМЕННА”

Одно из последних исследований, касающееся вынужденных переселенцев, показало, что, например, каждый четвертый из них не собирается возвращаться домой в течение ближайших нескольких лет. Об этом “Сегодня” сообщила сотрудник Киевского международного института социологии Марина Шпикер. “Были опрошены люди в нескольких небольших городах, то есть эти данные могут отличаться от тех, если бы они собирались на уровне области. Мы спрашивали об их планах, нуждах, отношении к ним со стороны госорганов, кем себя считают — украинцами, русскими или кем-то обособленным, насколько они активные граждане. 54% опрошенных рассматривают свое положение как временное и хотели бы вернуться домой, 26% — собираются возвращаться домой в течение этого периода, остальные пока не определились, — говорит Марина Шпикер. — Многие переселенцы ждут улучшения ситуации и прекращения боевых действий. Одно из условий, при котором часть людей готовы вернуться в родные края, — территория должна быть подконтрольна украинским военным”.

В США: УЕХАЛ ОТ ПРЕСЛЕДОВАТЕЛЕЙ

Некоторых дончан война вынудила покинуть не только Донбасс, но и Украину. Например, 43-летний макеевский предприниматель Андрей Ванжа нам рассказал, что из-за преследований боевиков “ДНР” ему пришлось выехать в США. На вопрос о том, почему выехал в другую страну, а не в мирную область Украины, в семье Андрея нам рассказали, что он опасался преследований “дээнэровцев” и на мирной территории, ведь у него возник с боевиками конфликт из-за жилья. “Я выехал в США в марте нынешнего года, теперь пытаюсь как переселенец получить здесь политическое убежище. У меня не было вариантов оставаться в Украине, не говоря уже о “ДНР”. Из-за войны потерял два жилья: в Широкино дом разбомблен, крымское жилье отобрано. Уехал после того, как в Макеевке на соседней улице начали разрываться падающие снаряды. Жил с собранными чемоданами, специально не загонял в гараж автомобиль, чтобы в случае угрозы быстро эвакуироваться. Жилье у меня забрали так: пришли с автоматами и сказали, что если хочу жить, то я здесь больше не хозяин. Я объездил всю Европу, но Америку считаю лучшей страной по уровню зарплат и условиям для проживания. Плюс к тому, здесь нет никакой бюрократии, доброжелательные люди, здесь не очень дорогие продукты. Например, питание для одного человека в неделю обходится в сумму около $50, возможно, чуть больше. Если есть закон, то все делается по нему, а не иначе. Ко мне Америка относится хорошо, — рассказал “Сегодня” Андрей. — Живу в Нью-Йорке, за полгода приспособился к здешней жизни, работаю строителем, снимаю квартиру за $1 тыс. в месяц на Брайтон-Бич, это считается недорого. Средняя зарплата в месяц — около $2,5—3 тыс. Те, кто работают долго, зарабатывают около $4 тыс.”. По словам Андрея, в будущем он планирует, что его семья-таки воссоединится (жена и ребенок сейчас в Украине) и они начнут новую жизнь в США.

ПОБЕГ ОТ РОДНЫХ ИЗ “ДНР”

Одна из самых необычных переселенок — 17-летняя Галина Погуляева из Макеевки Донецкой области. Она втайне от родителей, с помощью волонтеров, сбежала из оккупированного города ради того, чтобы учиться в украинской школе и получить украинский паспорт. Сейчас девушка живет и учится в Запорожье. “Я захотела жить нормально, не слышать, как на уроках критикуют украинских героев, — рассказывает Галина. — Свое решение обдумывала несколько дней. Нашла номер телефона волонтеров и позвонила. Рассказала о своей ситуации по телефону, меня проинструктировали и помогли выехать. Дома сказала, что еду на учебу, а на самом деле поехала на маршрутку. Сначала я уехала в Славянск, потом в Запорожье. Здесь я живу с марта”.

С НУЛЯ, НО С КОТОМ

Среди тех, кто выехал с Донбасса и начал жизнь с нуля, немало людей не только рабочих профессий, но и интеллигенции. Историю своего переселения в столицу нам рассказала и ученый секретарь Института экономико-правовых исследований НАН Украины Ирина Кременовская. “Я в Киеве с 19 июля прошлого года, уехала после того, как в Киев уехал мой муж. Самое болезненное — оставлять свой дом, закрывать двери и направляться в неизвестность, — говорит Ирина. — В Киев я уехала со своим котом и с котом, которого меня попросила привезти моя подруга Татьяна. Из вещей успела захватить лишь летнюю одежду. В день отъезда “бахало” повсюду. Кстати, в поезде проводница, оказалось, поддерживала Россию, начала рассказывать о прелестях жизни в РФ. Я начала жизнь с нуля. Купили новое жилье, порвала свою справку переселенки, но самым счастливым человеком я стала две недели тому назад, когда мне привезли мои фотоальбомы. Прыгала от счастья…”.

МЕДИК: НЕ ВЕРНУСЬ

Еще одна переселенка с Донбасса, главная медсестра из Дебальцевской горбольницы Татьяна Гладышева говорит, что она — одна из тех, чье жилье “дээнэровцы” “национализировали”. “В январе я повезла сына переводиться на учебу в тернопольский университет. 19 января позвонил муж и сказал, что Дебальцево сильно обстреляли, начались ожесточенные бои. Я попыталась вернуться домой, но не смогла, — рассказывает Татьяна. — Мне ответили, что туда дороги уже нет, а ведь там муж… С собой у меня были вещи, которые можно сосчитать на пальцах — нижнее белье, спортивные брюки, футболка, кофта и 600 грн. Все. Домой я так и не попала. 25-го числа муж пешком пошел из Дебальцево на мирную территорию, в Артемовск. Сейчас живем в Ивано-Франковской области. Обустроиться нам помогли украинские воины, которых мы спасали в Дебальцево. Через неделю после проживания на новом месте к нам начали приходить гости. Узнав, что мы из Дебальцево, некоторые плакали. Одна из бабушек принесла передачу от священника — крупы, сахар, другие соседи — одежду. Работаю пока не по специальности, в местном гостиничном комплексе. В свои 43 я начала жизнь с нуля. В нашей квартире живут “дээнэровские” женщины-полицейские. Все, кто поддерживал Украину, стали врагами №1. По городу ходили “сотрудники МГБ” “ДНР” и выспрашивали, кто в городе поддерживает Украину. Какие у меня планы? Назад дороги нет. Там сидят голодные люди и кричат “Слава ДНР!”. Возвращаться нет смысла…”

ШАХТЕР: ВЕРНУЛСЯ ИЗ РФ

Часть переселенцев временно уезжали и в Россию, но многие из них уже вернулись обратно. “Я с семьей уезжал к родственникам в Курск. Устроился там работать каменщиком, работал на постройке бизнес-центра. Но, отработав 22 дня, не получил ни копейки денег. Проще говоря, меня “кинули”. Родственники, к которым мы приехали, сказали, что за полцены сдавать нам свою квартиру долго не смогут, поэтому нам пришлось вернуться в родной Донецк. Больше никуда не поедем, это лишь лишняя трата денег, с которыми и так трудно”, — говорит донецкий шахтер Антон, попросивший не называть его фамилию в прессе.

БИЗНЕСМЕН: ДОМА ЛУЧШЕ

Среди почти двух миллионов переселенцев есть немало тех, кто вернулся домой. Например, краматорский предприниматель Андрей Свищов с неподдельной радостью в голосе говорит, что вернулся в родной город. “Я уехал из Краматорска с семьей в конце мая прошлого года. Решающим моментом стало проживание в ванной комнате с семьей. Там мы просидели несколько дней! — рассказывает Андрей. — Это была единственная комната, где было более-менее безопасно. Но все мы понимали, что это не выход из ситуации, поэтому собрали документы, самые необходимые вещи и уехали на своей машине в Киевскую область. Нашу семью приняли очень хорошо, помог директор Гостомельского стеклозавода, с которым нас познакомили. Дай Бог ему здоровья. На Киевщине мы прожили до середины августа, вернулись в Краматорск, уже когда город был подконтролен ВСУ. Поехали домой по нескольким причинам. Во-первых, здесь мой дом, во-вторых, перенести свой бизнес по производству мебели в Киев достаточно сложно, нужны были большие средства. Возвратившись, увидел, что город контролируется ВСУ, людей было немного, но сейчас Краматорск переполнен, на дорогах даже пробки появились. Жизнь кипит, а у горожан произошла переоценка ценностей, ведь мы можем спать спокойно, и это главное”.

МАМА: ОДНОЙ СЛОЖНО

Среди вернувшихся на Донбасс есть и те, кто для обратного переезда воспользовался перемирием. “Я мама-одиночка, муж бросил меня с ребенком, поэтому во время войны приходится решать все проблемы самой, — рассказывает жительница Макеевки Екатерина Резанова. — Вернулась в Макеевку по двум причинам. Здесь у меня своя квартира. Во-вторых, ребенок часто болеет и нужно, чтобы с ним кто-то был рядом. В Киеве я прожила год, но не могла бы быть всегда рядом, если бы устроилась на работу. А здесь с ребенком сидят бабушки, поэтому могу себе позволить искать работу. Возможно, в Киеве и было кому-то сложно из-за донецкой прописки, но, например, к моему ребенку в столичном садике относились лучше, чем к другим. В Киеве мне платили помощь 1200 грн: 400 грн — мне, как неработающей матери-одиночке, и 800 грн — на малыша. Это крохи, ведь только на одни памперсы в месяц я тратила около 600 грн. Если бы не помощь родственников, то не знаю, как бы выживала. Несмотря на это, хотела остаться в столице, ведь там не ощущается война, на улицах много радостных людей, в магазинах все есть. Совершенно другой мир. Но мне было слишком сложно из-за финансового положения”.

Автор материала: Игорь Серов



Топовые новости